Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи пользователя: diakin (список заголовков)
12:25 

Отопление по-японски

какие трогательные письма на эту тему японцы пишут в lang-8!
---------
Я не люблю японский зиму, потому что у нас нет центральное отпление, и очень холодно особенно ванная.
Хотя наша температура снизиться не очень,мы так холодно в дома.

Я жила в москве за 9 месяцев.
Мне очень нравится русской зиму потому что в дома,и в метро, все очень тепло,и снежинки очень красивые!!
----------


www.japantur.ru/archives/42
---
В Японии нет привычной нам системы центрального отопления, когда горячая вода подается по трубам от ТЭЦ. Исключением является только холодная и снежная префектура Хоккайдо, где дома отапливаются горячей водой. На всей же остальной территории японского архипелага население обогревает себя самостоятельно.
Для отопления в Японии используется керосин и электричество.

читать дальше

@темы: Культура

09:47 

Потерянная Япония

Alex Kerr "Lost Japan"
-----
Хотя меня восхищала коллекция Дэвида, я не мог позволить себе собирать нефрит и китайский фарфор. Вместо этого я продолжал собирание старых книг и каллиграфии. В 1977 я переехал в Камеока, поэтому времени у меня было достаточно, чтобы искать их в антикварных лавках Киото. Однажды хозяин такого магазинчика показал мне набор десяти shikishi (квадратных картонок) и tanzaku (прямоугольных картонок) - небольших листков с каллиграфией, написанной в архаичном и изысканном стиле. Они были очень изящно декорированы золотом, серебром и макой на раскрашенной в красный и голубой цвет бумаге. Он предложил их по пять тысяч иен за каждую, то есть около двадцати долларов за штуку. Я перевернул листок, и меня поразили надписи на другой стороне: "Принц Коноэ", "Регент Нидзё", "Министр Левой Стороны Карасумару" и т.д. Это были оригинальные каллиграфии, написанные придворными аристократами семнадцатого века! Я не мог поверить, что их можно купить так дешево, но в то время в Японии такими вещами не интересовались. Поэтому я начал собирать shikishi и tanzaku. Когда их набралось несколько дюжин, и общий стиль стал для меня понятен, интерес возрос еще сильнее. Волосяной толщины, линии этих элегантных иероглифов отличались от всего, что я видел в Японии ранее. Я стал изучать историю этих принцев и министров, и познакомился с миром kuge, придворной аристократии.
Куге происходили из рода Фудзивара, который властвовал над жизнью двора в период Хэйан. Они занимали почти все важные должности, превратив императора в свою марионетку. Это именно Фудзивара вместе с союзными родами строили павильоны вроде Byodoin возле Нара, писали поэмы и повести, которыми славится эпоха Хэйан. После сотен лет власти род Фудзивара увеличился до такой степени, что стало необходимо ввести различия между его многочисленными ветвями. Линии семьи стали называть по их адресам в Киото: семья Нидзё, семья Карасумару, семья Имадэгава и т.д. Со временем это разрослось до ста семей, названных куге. Они имели полуимператорский статус, и очень заметно отличались от буке, то есть самурайских семей.
Когда в конце двенадцатого века самураи забрали власть у придворных аристократов, куге потеряли всю землю и доходы. Не имея выбора, им пришлось найти работу, но после четырехсот лет сочинения стихов при свете луны, единственная работа, которую они могли выполнять, была связана с искусством. Поэтому они стали учителями поэзии, каллиграфии, придворного танца и ритуала. Со временем они развили систему наследственных концессий: каждая из семей располагала неким секретом, который передавался из поколения в поколение главе рода. Человек извне мог получить его только за оплату.
Разумеется, следующим этапом стало размножение этих секретов. Кроме того, куге ввели так же иерархию этих тайн - поменьше для начинающих, более глубокие для продвинутых учеников - чему сопутствовали пропорционально растущие ставки. Именно этот принцип лег в основу процветающих сегодня "школ" чайной церемонии, икебаны и боевых искусств. Обычно эти школы имеют наследственного Великого Мастера, систему дорогих титулов, лицензии, признаваемые студентам, и ранги (такие, как разные цвета поясов в каратэ или дзюдо).

@темы: Культура

11:47 

Утраченная Япония

-----
Дом я решил купить в первый же день, но переговоры заняли около четырех месяцев. Они были иллюстрацией шестого закона моих Десяти Правил Японской Жизни, то есть закона palawru (диспута), потому что в Японии невозможно что-либо решить без длительных дискуссий. Она может иметь очень мало общего с делом, но является абсолютно необходимой, и множество нетерпеливых иностранных бизнесменов, не уважавших этого закона, обрекло себя на неудачу.
В моем случае переговоры шли долго не потому, что была какая-то проблема с продажей дома, а из-за языка. Зная только классический японский, я не понимал диалекта, на каком говорили в Ия. Например, сосед говорил: «Denwa zo narioru» (звонит телефон) – denwa (телефон), это слово из двадцатого века, narioru – слово из диалекта Сикоку, а zo – архаическая частица из придворного языка эпохи Хейан. У меня были такие трудности с пониманием чего-либо, что в конце концов я попросил приятеля из Токио, чтобы тот приехал, и помог мне в переговорах.
Мы сидели с жителями Tsuruya до позднего вечера, а господин Такемото выполнял обязанности хозяина. Местный этикет требовал, чтобы я принял рюмочку саке от каждого мужчины, сидящего в комнате, причем не один раз, а многократно. Горячая дискуссия тянулась без конца, у меня кружилось в голове. Я с трудом мог разговаривать, но не волновался сильно, убежденный, что приятель объяснит мне все нюансы разговора позже. Наконец вечер дошел до конца, и шатаясь, мы начали опускаться в абсолютной темноте по узкой тропинке. И тогда приятель повернулся ко мне, и крикнул: «Черт возьми, о чем они говорили?»
Несмотря на языковые трудности, мы подписали, наконец, договор весной 1973 года: 120 цубо земли (около 400 квадратных метров) за 380 000 иен, а к этому дом бесплатно. Тогдашний курс составлял 300 иен за доллар, значит 380 000 было примерно равно 1300 долларов. Я был студентом, и столько денег не имел, но друг нашей семьи с шестидесятых годов, еще когда мы жили в Иокогаме, согласился дать мне кредит. Это была огромная сумма для меня, и выплата долга заняла пять лет. Тем временем количество жителей долины Ия, так удаленной от развивающихся городских центров, уменьшилось на половину, а ее деревообрабатывающая промышленность и сельское хозяйство пали. В то время, когда цена земли во всей Японии пошла вверх, мой участок сегодня стоит половину той суммы, которую за нее пришлось заплатить.
---------
Во время уборки я не нашел никаких древностей, но предыдущие хозяева оставили все вещи повседневного использования, и я мог благодаря ним многое узнать о жизни здешних жителей. Самым интересным был дневник молодой женщины, которая жила здесь с дедушкой и бабушкой в пятидесятых годах. Искренне и трогательно она рассказывала в нем о нищете, о тоске, какую порождал в ней этот хмурый и темный дом, об отчаянном желании вырваться в город. Дневник прерывался неожиданно в момент ее восемнадцатилетия. Местные жители сказали, что она убежала из дома. Старики тогда написали на листе бумаги «Ребенок не вернулся», и повесили его вверх ногами на дверях, как заклинание, которое должно было привести девушку обратно домой. Оно не сработало, но кусок бумаги по сей день висит на дверях.
---

www.proza.ru/2008/11/05/478

@темы: Культура, Язык

Dream of Japan

главная